IMG_5722

Жизнь на расстоянии вытянутой руки

Янв 16 • Биографии незаурядностей, В регионе • 255 Просмотров • Комментарии отключены

Ольге Акоповой 20 лет, она учится на первом курсе института истории, государственного управления и международных отношений КемГУ. В Кемерово она приехала из Новокузнецка.

Ольга – необычная студентка. Правый глаз не видит совсем, левый – всего на 5%, поэтому Ольга различает только цвета и блики. «Газета Кемерова» узнала, как слабовидящая девушка учится в вузе и знакомится с новым городом, помогает своим близким и принимает помощь от новых друзей.

«Перебирала гречку, чтобы тренировать пальцы»

— В общежитии и университете я часто обхожусь без трости: запомнила, где находятся нужные комнаты и кабинеты. А вот на улице без неё не могу, — делится Ольга.

Мы идём по скользкой тропинке. Не под руку — рядом: она привыкла со всеми трудностями справляться сама. Останавливаемся у светофора.

— Хорошо, что поставили пикающий: я слышу, когда можно переходить. А вот с определением автобусов и остановок иногда беда. Ладно, если я еду на междугороднем: маршрут — от пункта А до пункта Б. С городским транспортом сложнее. Как-то был случай. Спросила: «Какой едет автобус?» — а мне в шутку ответили: «Железный!». А ведь я могу узнать что-то только от других людей.

Переходим дорогу и направляемся в кафе. На нас все оглядываются, потому что Оля говорит и смеётся очень громко. Касаясь руками каждого стула, она доходит до нашего столика в углу.

— Часто чувствуешь на себе чей-то взгляд?

— Бывает. Но люди так смотрят на меня до тех пор, пока не заговорят со мной. Один мой педагог сказал однажды: «Через 10 минут общения с тобой человек должен забыть о твоих особенностях здоровья. Если этого не произошло, то ты не умеешь общаться!». А я люблю поговорить.

До 16 лет Оля училась в новокузнецкой коррекционной школе для слепых и слабовидящих детей. В девятом классе у неё случилась беда — девушка обморозила кисти рук.

— Был декабрь. 30-градусный мороз. Я отправилась в школу на пробный экзамен. У меня не было перчаток — вообще. В руках несла пакет и сумку. От жуткого холода пальцы замёрзли и начали неметь. В итоге пришлось даже время экзамена переносить: меня отвезли в больницу и перевязали мне руки. Тогда я ещё видела левым глазом на 20% и могла писать ручкой. Но после обморожения врачи сказали: «Теперь вы не сможете писать, даже грифелем (специальная ручка для письма рельефно-точечным шрифтом Брайля. — Прим. ред.). Но я упёртая: после случившегося на протяжении месяца завязывала себе глаза и садилась перебирать гречку от неочищенных зёрен, чтобы тренировать пальцы. Руки отошли.

651252

В тот же год арестовали маму Ольги Акоповой. Подробности этой истории девушка вспоминать не любит. Её трёхлетнего брата поместили в детский дом, саму Олю — в приют. Ей пришлось поменять несколько таких учреждений.

— Скитания по приютам отразились на моём здоровье. Я ещё больше из-за этого потеряла зрение. К счастью, в конце концов я попала в школу-интернат в городе Полысаево. Там меня обучили письму по Брайлю. Там же я стала целенаправленно готовиться к ЕГЭ по истории.

Этот предмет Ольга полюбила ещё в 11 лет. И с тех пор мечтала, что станет историком.

— Наш школьный учебник был так талантливо написан — я читала и влюблялась в науку. И уже тогда понимала, что в школе историю преподают неправильно: по схеме — дата, событие, персоналия. Лучше бы объяснять детям, что история живая: в ней есть люди, их судьбы. Повествование тянется к тебе сквозь время, и это захватывает...

Государственный экзамен Ольга сдавала с ассистентом: он помогал ей заполнять бланки. А письменную часть «С» девушка всё-таки попробовала написать сама — от руки. И получилось — помогла мышечная память.

IMG_5715

Оля подала документы сразу в четыре университета. Где-то она не попала в списки бюджетников, куда-то не успевала привезти оригиналы документов. Узнала об этом девушка, когда отдыхала в лагере «Сибирская сказка», получив путёвку за победу во Всероссийской олимпиаде для школьников по истории православной культуры. На смене были представители КемГУ, которые пригласили Ольгу в кемеровский вуз. И она поступила. Правда, на коммерческой основе.

— Кемеровский государственный университет и департамент образования Кемеровской области взяли на себя оплату моего обучения. Но я не сдала первую сессию, поэтому отчислилась. А в этом году опять поступила туда же, и уже на бюджет. Так что я снова первокурсница!

 «Чего же ты молчала?»

Узкоспециальной учебной литературы для слабовидящих не существует. Поэтому Оля учится на общих основаниях, но использует свои методы. На лекции приходит с диктофоном, чтобы потом прослушивать каждую тему, а также фиксирует важные тезисы с помощью шрифта Брайля.

— По этой системе писать сложнее. Чтобы написать одну букву, нужно сделать несколько движений: продавить на листе грифелем несколько точек. Первое время это отвлекало одногруппников: письмо грифелем — громкое. Сейчас все привыкли к этому и уже не обращают внимания. К концу пары рука очень устаёт и немеет. Записываю только самое главное. Сложности были и в другом: так как азбука в нашем Брайле — это латиница, то после предмета «Латинский язык» я вообще путалась, где написано на латыни, где на моём, брайлевском. В общежитии к парам готовлюсь с помощью ноутбука: на нём установлена специальная голосовая программа. Современные технологии решают проблемы незрячих! В университетской библиотеке тоже есть компьютер с брайлевской строкой и голосовой программой. Приятно, что о нас заботятся.

IMG_5707

В быту Оля также приспособилась делать всё самостоятельно: и порядок в комнате наводить, и еду готовить. На телефонные звонки девушка отвечает всегда, а вот на SMS-сообщения — нет: когда-то был телефон, который голосом мог всё прочесть, но в силу жизненных трудностей его пришлось продать.

Ольга говорит, что в Кемерове она встретила отзывчивых людей. Многие оказывают ей поддержку.

— Иногда мне кажется, что я не заслужила столько внимания. Никогда не встречала холодного и жёсткого отношения к себе. Очень помогают мне мои историки. В прошлом году, когда у меня вовремя не пришла пенсия по инвалидности, несколько дней я была без денег. И продукты все, как по закону подлости, закончились. Разговорилась в общежитии с парнем с нашего факультета. Слово за слово, рассказала о своей беде. Он не выдержал: «А что ж ты молчала?». Ушёл куда-то. Буквально через полтора часа возвращается и протягивает мне 7 000 рублей, сторублёвыми купюрами. Спрашиваю: «Ты где столько взял?». А он и говорит: «Я клич среди историков бросил, и все собрали!». А вечером одногруппники принесли мне два огромных пакета с продуктами. И тоже недоумевали, почему я не попросила помощи. Мне так неловко было. Горжусь, что наши ребята горой стоят за своих!

Осенью 2016 года первокурснице помогли депутаты Кемеровского городского Совета: купили зимнюю куртку, сапоги и шапку и отдали в ремонт ноутбук. Тот самый, который помогает ей полноценно учиться благодаря голосовой программе.

Сейчас Оля живёт на пенсию в 7 000 рублей, академическую и социальную стипендию в 1 929 и 2 894 рублей. Часть денег девушка отправляет в Новокузнецк — маме, которая освободилась из колонии. Она работает дворником, денег ей платят мало. На них не прокормить Олиного шестилетнего брата и её годовалую сестрёнку.

— Я никогда не прошу ни у кого помощи, люди сами её оказывают. И я всем очень благодарна.

Костёр, гитара и кости мамонта

О возвращении зрения Ольга уже не мечтает. Лазерная коррекция оказалась безуспешной. Врачи сказали, что новые попытки тоже результата не принесут.

— Сейчас на таблице для проверки зрения Сивцева я не вижу даже верхнюю строчку — ШБ. Она у меня плывёт. Конечно, есть какая-то надежда, что где-то возвращают зрение людям с аналогичными проблемами... Мне никак не хотят давать первую группу инвалидности: у меня стоит третья, несмотря на 5% зрения. И это проблема. Моя пенсия меньше, чем могла бы быть. Также мне не полагается собака-поводырь: её выделяют только тем людям, у кого первая группа инвалидности. В 2017 году я повоюю с врачами, обращусь к юристам.

IMG_5730

Оля мечтает летом поехать с одногруппниками на археологическую практику. Говорит, что каждый историк должен поработать «в поле».

— Мне бы хоть кости животных потрогать или найденную керамику. Очень хочу окончить университет и получить образование. Уже даже видела себя во сне в чёрной мантии. Может, стану потом преподавателем в университете или буду заниматься музейной работой. Был период, когда хотела учить истории незрячих детей. Ещё хотела бы съездить в Иерусалим как паломница, посетить детище Петра — Санкт-Петербург и научиться играть на гитаре, чтобы петь песни Окуджавы или Высоцкого. Как представлю: летняя практика, ночь, гитара, палатка, костёр недалеко от раскопанных костей мамонта...

Ольга Акопова верит, что у неё всё получится. И рада, что у неё становится всё больше добрых друзей в Кемерове.

— Мне часто кажется, что в жизни кто-то постоянно ведёт меня за руку: я иногда сворачиваю не туда, а меня снова возвращают в колею. Однажды задала себе вопрос: «Хотела бы я видеть на все 100%?». Наверное, будь я полностью зрячей, столько бы дел натворила, в мире так много соблазнов. Сейчас живу спокойно. Жизнь таких, как я, — на расстоянии вытянутой руки. Нам сложно кого-то подпустить близко, потому что мы стремимся обезопасить себя. Но я научилась жить среди людей, поняла, что большинство из них хочет мне помочь, а не навредить! Я уже ко многим пригляделась.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Похожие Записи

Комментарии закрыты.

« »