Зато я умею летать: как живется людям, чьи возможности ограничены

Вот уже несколько недель прошло с момента завершения Зимней Паралимпиады в Сочи. То есть с того момента, когда закончили мы восхищаться мужеством и мастерством спортсменов-инвалидов, которые иной раз и спортсменов просто способны за пояс заткнуть.

Закончили? Да, именно так. И не потому, что мы такие нехорошие и жестокие – а просто…ну сами понимаете, время идет, другие события происходят, заслоняют. Да и не все время же нам думать про тех, кого казенно называют «люди с ограниченными возможностями», хотя, глядя на успехи наших кузбасских паралимпийцев Алексея Быченка и Владимира Литвиненко, язык как-то ощутимо запинается на слове «ограниченные»…

В общем, Паралимпиада завершилась, все повосхищались – и переключились на другие дела. А инвалиды (слово тоже так себе, но раз общеупотребительное оно, то и мы его употреблять будем) продолжают жить своей жизнью. Жить, естественно, среди нас, «нормальных».

Проблемы: общие и специфические

По самым свежим статистическим данным в Кузбассе живет около 260 тысяч тех, кто так или иначе подпадает под категорию «инвалид». Напомнить, сколько всего жителей в Кемеровской области? Два миллиона семьсот тысяч человек – спасибо Википедии. Получается, что каждый десятый наш земляк – как раз и есть тот, кого мы немного стыдливо «ограничиваем в возможностях».

— Говоря об инвалидах, в первую очередь надо понимать – никакой стены между ними и остальными людьми нет и быть не может! – уверена председатель Кемеровской областной организации Всероссийского общества инвалидов Валентина Шмакова. – Живем мы в том же самом обществе, учимся, работаем, влюбляемся – да мало ли что еще? Соответственно, и проблемы у нас, в общем, те же, что и у общества в целом. Есть, конечно, еще и специфические…

Закон подлости имени пятого этажа

Есть, да. И об этих специфических проблемах при желании можно едва ли не целый день рассказывать. С чего начнем? Да с того, что инвалид, если он так называемый колясочник (расшифровки термина, думаю, не требуется), еще должен как-то из дома выйти. Существует такой вселенский «закон подлости», и вот, в полном соответствии с ним, едва ли не большинство всех колясочников живут в многоквартирных домах не ниже четвертого-пятого этажа. При таком раскладе даже просто спуститься вниз по обычной подъездной лестнице, а потом еще и с крыльца — задача трудновыполнимая.

— Хорошо, если вот как у меня в подъезде – и «грамотный» пандус снаружи оборудован, и внутри тоже, — говорит кемеровчанин Василий Окунев, вот уже больше десяти лет (после тяжелого ДТП) прикованный к коляске. – А если нет? Опять же: найдется родственник сильный, который снесет вниз и наверх занесет, — тоже хорошо. Но так бывает далеко не всегда…

Автобусы с пандусами, где вы?

Чтобы сделать пандусы в подъезде жилого дома, нужно много договариваться. Самому. И добиваться, чтобы часть средств, предназначенных на подъездное благоустройство, были выделены именно на это. Да плюс еще убедить всех соседей, что пандус никому из них не будет мешать – особенно вон той бабушке, которая сейчас громче всех кричит, что будет об него спотыкаться (это я не шучу, а вполне реальную историю пересказываю). Словом, препятствий тут много – настоящая Паралимпиада получается, уж простите за черный юмор…

Ну, ладно, вышли вы даже на улицу. А дальше что? В общественный транспорт зайти – ясно какой подвиг: и физически-то здоровому человек, особенно в час пик, бывает это трудновато. Правда, ездит по Кузбассу некоторое (весьма немногочисленное, несколько десятков на весь регион) количество специальных автобусов с «низкой» посадкой и с пандусами, куда можно и на коляске без проблем заехать, и специальная площадка имеется. Но несколько десятков на регион… это сами понимаете.

— Насколько мне известно, за границей на всех автобусах есть такое откидное приспособление, предназначенное для колясочников, — рассказывает Василий Окунев. – И следит за этим водитель – видит инвалида, выходит, запускает, снова этот пандус убирает. Но ясно, что у нас это такая несбыточная мечта…

Завтра будет лучше, чем вчера?

Впрочем, тоже и бога грех гневить – по словам самих же инвалидов, за последние годы сдвиг к лучшему все-таки наметился. Федеральная программа «Доступная среда», запущенная несколько лет назад, со скрипом, со множеством «но», а все же работает. И пандусами общественные места все больше оборудуют (а в новых зданиях – так просто фактически обязательное это условие), и те же специальные «низкие» автобусы появились, и много что еще.

ui-533e1b523323c5.66383682

Но это уже немного другая тема, и о ней с удовольствием расскажут нам в своих отчетах соответствующие департаменты областной администрации. А мы расскажем сейчас немного о другом. О конкретных людях, которые пытаются жить полноценной жизнью – несмотря на то, что давно потеряли возможность ходить. Но они пытаются. Тоже своего рода Паралимпиада – ежедневная, ежечасная, ежесекундная. И вы знаете, у них получается – и явно не хуже, чем у нас с вами.

Полная парализация – восстановление – любовь

Наталья Анисимова и Александр Белянин вместе вот уже несколько лет. Познакомились они в 2005 году, когда совершенно отдельно друг от друга, ехали на поезде из Кемерова в Самару на лечение.

Лечить, увы, было что: и Наталья, и Александр – инвалиды-колясочники. Оба серьезно пострадали в ДТП – это вообще самая «популярная» причина, по которой судьба пересаживает людей в инвалидную коляску. Особенно досталось Наташе –  после аварии серьезно повредило спинной мозг, и ее обездвижило. Вообще. Полностью. До шеи. Лежи и смотри в потолок, 17-летняя девчонка, всю оставшуюся жизнь.

Наталья не захотела. И родители ее – тоже. И хотя большинство врачей вполне открыто со скепсисом качали головой, частично девушка все же «восстановилась» — сильно помогли поездки в Иркутск, в реабилитационный центр. Теперь она «просто» не ходит – большего добиться, видимо, уже не удастся.

— Она и раньше была очень упорной и целеустремленной, — рассказывает о Наталье ее мама Ольга Сергеевна. – И эти качества, конечно, очень сильно ей помогли при восстановлении. Ей инструктор говорит: «Ползи!» — и она ползет. Это ведь для нас просто, а для нее…

«Скромную свадьбу справлять смысла нет!»

Лечение дало свои результаты, а чуть позже и произошла встреча с Александром. Он в «своей» аварии не столь жестоко пострадал (если вообще можно так сказать), но к коляске прикован тоже. Очевидно, что навсегда – как и Наталья. Они об этом знают. И… готовятся к свадьбе.

— Сейчас все этого ждут, — смеется Наташа. – Довольно давно уже. А мы все никак решиться не можем – большие деньги ведь понадобятся, не шутка! А скромную свадьбу справлять смысла нет – хочется, чтобы на всю жизнь запомнилось. Да и друзей у нас очень много, а пригласить надо обязательно всех.

Друзей у них много, это правда. И они постоянно с ними встречаются – даром, что многие из приятелей живут в Кемерове, а у Саши с Наташей «резиденция» в жилом районе Промышленновский. Впрочем, это не большая беда – сел за руль… За руль? Ага! У Александра такая себе недурственная Honda на ходу, которой он вполне мастерски управляет.

— Новые права получил уже после той аварии, — говорит Александр. – А машина у меня оборудована специальным ручным управлением. Так что ездить можно без проблем.

«Некоторые равнодушно проходят мимо…»

Вот они и ездят: по делам, по учебе (Александр – студент Московского государственного университета экономики, статистики и информатики), на те же встречи с друзьями. Причем, друзья самые что ни на есть «разноплановые» — и с многими товарищами по несчастью, инвалидами-колясочниками, семейная пара сдружилась, но и других (автор хотел написать «нормальных», но, к счастью, передумал) хватает.

— У меня среди лучших подруг вообще инвалидов нет, — говорит Наталья. – Кое с кем еще со школы дружу – да так и продолжаю. Ничего нам не мешает.

Насчет «ничего не мешает» Наталья все же немного лукавит. Нет, не в плане человеческих взаимоотношений – здесь как раз все нормально. Да и вообще, по словам девушки, за все время своей инвалидности ей ни разу не приходилось сталкиваться на улице или где-то еще с каким-то явным проявлением того, что далеко на западе, очевидно, называют «толерантностью». Ну а мы расшифруем это так – ни один дурак никогда не показывал пальцем, не смеялся, не издевался. Разве что совсем маленькие ребятишки – но это они просто ремня вовремя не получили.

— Да нет, что вы! – уверяет Наталья. – Наоборот многие помочь как-то хотят, принять участие. Правда, некоторые и равнодушно мимо проходят, когда просишь помочь…

Доступная среда – 30 процентов

Так что же мешает тогда? Правильно, та самая «доступная среда», которая местами остается очень даже недоступной. Александр с Натальей по нашей просьбе попытались примерно прикинуть, сколько процентов общественных объектов доступны для инвалидов, что называется, здесь и сейчас. Оказалось, что всего порядка тридцати процентов – и это еще самый оптимистичный подсчет.

Правда, крупные торговые центры, кажется, почти все уже хорошо в этом смысле оборудованы, но вот что касается простых магазинов – тут уже сложнее. Кафе, всяческие культурные заведения и даже некоторые больницы с поликлиниками – тоже многие «в пролете».

Вдобавок, многие из пандусов, даже если они и есть, не очень-то «по-людски» сделаны. В том смысле, что либо очень скользкие, либо перилами не оборудованы, либо еще чего-нибудь в том же духе. А значит, для колясочников подпадают такие здания тоже под категорию труднодоступных.

— Ну, вот у нас в Промышленновском в больнице установили нормальные пандусы – я этого добилась, — рассказывает Наталья. – Но вообще проблема тут есть. Мы-то уже знаем более-менее куда можно ходить. Туда и ходим…

До разряда – всего один прыжок!

Хорошо еще, что на работу постоянно Наталье (она бухгалтер по профессии) и Александру ездить не надо – она у них все больше надомная. Кстати, к сетованиям многих колясочников, что работу инвалиды найти не могут (а такое приходилось слышать не раз), относится семейная пара скептически. Говорят: «Захочешь работу найти – найдешь!».

— Мы, во всяком случае, у родителей на шее не сидим, зарабатываем сами. Само собой, разные у людей бывают обстоятельства, но все же.

Вообще это вот «захочешь — сможешь» — явно такой семейный девиз у Александра и Натальи, хотя бы и неосознанный. Последнее, впрочем, вряд ли – все они прекрасно осознают и свои горизонты расширяют постоянно. Вон, захотели с парашютом прыгнуть – и прыгнули. Да не один раз уже – так что до третьего (самого «младшего») разряда по парашютному спорту остался им всего-то один прыжок.

Прыгали, конечно, с инструктором, но без этого и не обойтись. А вы, читатель, на своих двоих ходящий, прыгали ли с парашютом? Уверен, что утвердительный ответ даст далеко не каждый. У автора, например, как раз вот ответ отрицательный. А потому не буду я долго эту тему расписывать – лучше уж видео посмотрим. И позавидуем молча, да. «Зато я умею летать» — это, ребята, как раз про них.

Королевская корона и титановая коляска

А еще порадуемся за Наталью, у которой, помимо всего прочего, есть корона королевы красоты. Получена она девушкой в прошлом году, по итогам конкурса «Красота без барьеров» — тогда и стала Наталья официально первой красавицей по области.

— Особо и не думала, что выиграю, хотя готовилась серьезно, — вспоминает Наташа. – Сама, с мамой и подругами, шила платье, сочиняла свою презентацию и творческую программу. И вот – победила! Подарили корону вот эту и норковую шубу в придачу.

Корона – это хорошо и красиво, а вот как быть с вещью, для колясочника, увы, жизненно необходимой – с той самой коляской? По неким установленным наверху нормативам, инвалиду полагается одна коляска на четыре года, но выходит из строя это средство передвижения, как правило, чаще. Даже и изготовленная из вроде бы сверхпрочнейших титановых сплавов.

Если конкретно «по деньгам», то такая вот титановая коляска стоит по 50 тысяч, а «обычная» — где-то около 30 тысяч. Причем, тенденция к подорожанию тут налицо – а как бы вы хотели?

Китай подождет – сперва будет Крым

В общем, денег хватает, но иногда со скрипом. А тут еще и свадьба впереди маячит, и съездить в Китай мечтается – есть у Натальи такая цель, которую она рано или поздно хочет осуществить, а Александр ее в этом полностью поддерживает.

А вот насчет ребенка серьезных мыслей пока нет – сами-то еще не «нагулялись», а на бабушек и дедушек такую ношу вешать тоже не хочется. Словом, Наталье пока «хватает» ее племянниц, Юли и Маши, с которыми она общается постоянно – благо, живут они чуть ли не в соседнем доме.

Сейчас молодым людям снова некогда – Китай пока подождет, им предстоит другое путешествие. Да не простое, а такое себе «политически актуальное». Короче говоря, летят они в Крым, на лечение – уедут в конце апреля, а вернуться уже в середине мая.

А потом… Ну, потом еще что-нибудь придумается, по возможности приятное и интересное. Оно так всегда бывает, когда любишь жизнь. И друг друга. Тогда и судьба будет к тебе благосклонна – надо же ей как-то за прошлое «реабилитироваться».

Таков наш рассказ – согласимся, что немного сумбурный, а где-то и переполненный чрезмерными эмоциями. Меж тем, в пафос впадать совсем не хотелось – как и чрезмерную «чернуху» гнать. Тема такая – легко палку перегнуть. В оправдание же скажем, что «сериал» о тех самых «людях с ограниченными возможностями» на Vse42 намерены продолжить и дальше, но уже с другими героями (скажем сразу – не обязательно колясочниками). Что и как получится – решать уже вам.

Журналист: Василий Королёв

Источник: vse42

Поделиться в соц. сетях: