«Вы там сильно не надейтесь, что он выкарабкается!»

После производственной травмы 24-летний кемеровчанин Николай Кутищев остался без 2 ног: за плечами — стабильная работа на железной дороге, жена и маленькая дочка, а впереди — неизвестное будущее и неутешительные прогнозы на жизнь. Врачи сразу предупредили родных, что после случившегося парень может и вовсе не выжить, но он не только выкарабкался, но и получил шанс на новые возможности: повторно женился, сдал на права и стал профессиональным спортсменом. И вот спустя почти 20 лет после трагедии он рассказал, почему отказался носить протезы, что кроме инвалидной коляски и машины использует для передвижения, как оборудовано его водительское место, в котором нет педалей, и почему ему не присудили никакое место на его первых соревнованиях по легкой атлетике.


Тот день, когда случилось его личное несчастье, Николай помнит в деталях до сих пор.

«Вы там сильно не надейтесь, что он выкарабкается!»— Было 31 июля 2001 года. Я работал монтером пути на железной дороге. Лил сильный дождь: у меня и у напарника сапоги и ноги были полностью мокрые. Мы решили, что в такую погоду уже невозможно работать, поэтому собрались уходить на два часа раньше. Я пошел к опоре, которая держит контактные провода, чтобы забрать свою сумку. Еще по пути к ней услышал, как недалеко едет поезд. Наступая на мокрую щебенку, находящуюся рядом с путями, я вдруг резко подвернул ногу и упал в колею — ударился головой об рельсы и на несколько секунд потерял сознание, но их хватило, чтобы поезд успел проехать… Очнувшись, у меня было ощущение, что я сильно отсидел ноги: из-за состояния шока совсем не чувствовал боли. Прибежали машинисты, наложили жгуты, быстро вызвали скорую помощь. Врачи поставили мне уколы, вытащили из-под поезда, отвезли в больницу и там я уже уснул. Проснулся только после операции: с двумя ампутированными ногами. Мне подравняли сломанные кости, соединили сосуды, но из-за большой потери крови моей матери сразу сказали: «Вы там сильно не надейтесь, что он выкарабкается!». Но я как-то выжил…

«Почему я тогда не умер под поездом?»

Страха, а что же будет дальше, у Николая не было.

— В больнице я вообще еще ничего толком не понимал. Это уже когда домой привезли, у меня все болело, и мне ставили наркотические обезболивающие, чтобы хотя бы можно было поспать, то в голове появились мысли: «Почему я тогда не умер под поездом? Было бы всем проще…» О планах на будущее даже не думал.

Но время шло: раны заживали, а жизнь снова наполнялась смыслом и бытовыми радостями.

— Меня очень поддерживали мои родные и близкие. А еще у меня такой характер, что я привык сильно не замечать трудности: просто преодолеваю их и все. Помню, как спустя первые две недели после возвращения домой из больницы, я смог сам слезть с кровати и допрыгать на попе до кухни, где мог, как и прежде, просто покурить. Это было огромное счастье: слезть, а потом еще и залезть обратно!

Несмотря на возвращение, казалось бы, к старой привычной жизни в своей семье, все-таки спустя 3 месяца после случившегося Николай развелся с женой.

— Наверное, она не до конца понимала, как мне было тяжело.

А к этому разрыву добавились еще и личные душевные метания: в течение года Николай не хотел ни с кем личных встреч: ни с одноклассниками, ни с приятелями. Общался только с родными.

Чтобы как-то привести себя в чувство и начать возвращаться к полноценной жизни, Николай решил сдать на права.

— До трагедии у меня была только категория С, а после случившегося я сдал уже на и на В. И сдал сам! Водительское место в машине немного переоборудовано. Рядом с рулем находится рычаг: давишь вперед — это тормоз, назад — газ. Так и происходит вождение!

«Вы там сильно не надейтесь, что он выкарабкается!»После травмы Николай уже не мог вернуться на прежнюю работу, а новое дело найти было не так просто.

— Долгое время я ничем не занимался. Сидел дома. Был просто личным водителем своих родных. Возил родственников по магазинам, дочку на танцы. Пробовал что-нибудь мастерить: сделал близким стул и тумбочку. И на этом все закончилось. Рядом с моим домом был спортзал: я давно на него поглядывал, но не было возможности туда заехать. А как только появился пандус, то сразу же приехал и записался в качалку. На тот момент мне было уже 35 лет.

До трагедии спортом Николай никогда не занимался. Но после случившегося именно физическая нагрузка реабилитировала его тело и душу.

— Мой тренер в спортзале однажды дал мне номер Светланы Моисеевны Поповой. Именно она посоветовала мне, что в моей ситуации самое оптимальное занятие — это толкание ядра и метание копья. И я согласился. Сейчас мой рекорд в толкании — 8 метров 30 сантиметров, а в метании — 17 метров 80 сантиметров. Я даже ездил на соревнования по толканию ядра, но так как там было всего 3 человека без ног — я и еще 2 парня, — то награждать нас не стали. Для определения победителя нужно было хотя бы 4 участника состязания.

Спорт настолько увлек Николая, что в жизни постепенно появилось и плавание, и физические упражнения со свободным весом: максимально ему удалось поднять в жиме лежа штангу весом 115 килограмм.«Вы там сильно не надейтесь, что он выкарабкается!»

— Мне сказали, что для моего состояния — это просто отличнейший результат.

«Если где-то поскользнёшься и упадешь, можно и сустав вывернуть»

Сейчас Николаю 43 года. У него есть новая семья: через 2 года после трагедии он снова женился, а вскоре родились сын Александр и дочь Виктория. Благодаря полученным правам категории В и переоборудованному водительскому месту Николаю удалось устроиться на работу в такси. В жизни, наконец, все более-менее устроилось.

Дома Николай передвигается на инвалидной коляске, а на улицу выезжает на специальной дощечке на колесиках.

«Вы там сильно не надейтесь, что он выкарабкается!»— Первый такой «транспорт» я смастерил сам, а потом мне его уже начала выдавать соцзащита. На такой дощечке я доезжаю до машины, сажусь и еду по делам или по работе.

Также дощечка выручает и при походе в магазин.

— Когда я хожу за покупками, то часто обращаюсь за помощью к незнакомым людям: подать какой-то товар с полки, узнать цену или разложить все на кассе для оплаты. Люди относятся к таким просьбам адекватно, и многие мне охотно помогают.

А вот протезы для Николая — давно забытый и закрытый вопрос.

— Мне их ставили еще в самом начале: я ходил в них по дому. Но реально передвигаться на протезах по городу или даже сесть в машину невозможно. А проблема в том, что на коротких культях они очень плохо держатся, все время отваливаются и доставляют дискомфорт. Если где-то поскользнёшься и упадешь, можно и сустав вывернуть. Зачем мне лишние травмы?! Так что нет смысла в протезах. Когда я это понял, то перестал их использовать: больше приходится кого-то просить о помощи и самому напрягаться.

Потеря двух ног хоть и принесла Николаю немало психологических и физических переживаний, все же не поменяла его как человека.

— Изменилось только отношения к жизни: оно стало посерьезнее. Захотелось еще пожить, посмотреть, как будут расти дети и двигаться дальше. А характер остался прежним: я как был тем, кто любит шутить, так им и остался!

Поделиться в соц. сетях:

One thought on “«Вы там сильно не надейтесь, что он выкарабкается!»

  1. Колоссальной своей энергией он готов делиться со всеми. За несколько лет дружбы лишь пару раз слышал жалобы на боль в пятках(фантомные боли). И то в ЛС. Ему тоже, периодически, тяжело. В статье, кстати, полностью упущены реалии жизни, в которых Коля, по сегодняшний день, вполне успешно содержит семью, работая в такси по 12_14 часов… Люди, его окружающие, привыкли обращаться к нему за помощью-материально, физически, морально… Он никому не отказывает. Его никогда не видели поникшим или расслабленным. Его пример заставляет многих ЖИТЬ. Я его называю, при всем уважении, к Алексею Петровичу, Маресьевым нашего времени. Спасибо, Колясик, за то, что ты у нас есть:) Лагуныч

Comments are closed.